«Дипломат, или Коварство по-Гриффиндорски», ССМ

Автор: ссм
Бета: Aerdin
Дисклеймер: Не надо, и не просите – не возьму.
На этот раз опять не повезло Аркадию Аверченко.
С благодарностью любимой бете за идеи и вообще за то, что она такая есть.
Тема на форуме
1
Гермиона сидела в библиотеке. В этом не было бы ни грамма необычного, если бы не одно но: она НЕ ЧИТАЛА. Вообще, после окончания Хогвартса, ей было бы нечего здесь делать, если бы не стажировка аж у трёх профессоров для своей будущей профессии. По капризу Судьбы, самый сюрпризоопасный курс собрался этим летом в школе почти в полном составе. Впрочем, комбинация Золотое Трио+Малфой могла обещать всё, что угодно, и даже больше. Хотя Хогвартсу и его персоналу было не привыкать.

Итак, Гермиона сидела в библиотеке. Просто сидела за одним из библиотечных столов, подперев рукой голову. Пожалуй, это был первый случай, когда безо всяких слов было понятно: Грейнджер в тупике.

Библиотека постепенно пустела, и на состояние угнетенной души Гермионы мало кто обращал внимание. Впрочем, один человек точно внимание обратил.

Как ни странно, этим человеком оказался Малфой.

— Ну, чего сидишь, пригорюнившись? Гриффиндорцам ни думать, ни печалиться деканатом не разрешено. Расскажи старому врагу, может, помогу советом.

На самом деле, от их былой вражды мало что осталось, скорее это состояние можно было назвать вооруженным до зубов перемирием.

— Не доставай, и без тебя тошно, — вежливо ответила Герми.

— Да ладно тебе, давай, выкладывай. Все равно ведь узнаю.

— Слушай, Драко, вот как ты считаешь: Снейп пара Гарри?

— Что за вопросы, Грейнджер, какая они пара? – удивился Малфой, — нет, конечно.

— Вот и я так считаю, — ответила Герми.

— Постой-постой, ты что, серьезно? – изумился слизеринец. — Они что, встречаются?

— Ладно, давай забудем, — вздохнула Гермиона, — все равно ничего не попишешь.

— Как это — забудем? – взвился белобрысый. – Если бы речь шла только о твоем драгоценном Поттере – ваши гриффиндорские проблемы. Но я же крестного потерять такими темпами могу! Рассказывай, что ты успела предпринять, чтобы остановить это безобразие.

— Все, что могла придумать, – от прямого настраивания Гарри против Снейпа до клеветы.

Пару секунд Драко молчал, переваривая услышанное, а потом решил уточнить диспозицию:

— Теперь давай про клевету поподробнее. Хочу выяснить, что это за странный зверь – Гриффиндорская клевета.

— Ну, я сказала ему, что Снейп картежник, по бабам ходит, по ночам пьет, общается с какими-то бандюками и вообще ведет совершенно аморальный образ жизни, — вздохнула Гермиона. — Только это все не помогло.

Малфой уставился на нее как на помешанную:
— Я не понял, ты их брачными узами, что ли, срочно связать решила? Да одного того, что ты наговорила, достаточно для создания романтического образа моего крестного. Если бы они в глаза друг друга не видели до того дня, как ты рот открыла, Гарри после одной такой характеристики бы на Сева запал! Тоже мне, клеветница недоделанная. Разве так топорно клевещут? — Под конец тирады Драко почти орал.

— Слушай, ты, клеветник доделанный! Почему ты решил, что я сработала топорно? – возмутилась Гермиона.

— Да потому уже, что одно твое «Снейп — бабник» заставит его думать что-то типа «вот за Севом женщины бегают, а предпочтение он отдал мне»! И так почти каждая фраза! Нет, для того, чтобы спортачить такую «клевету» надо совсем быть законченным… — Драко запнулся и пару секунд подыскивал подходящее оскорбление, — … гриффиндорцем, — наконец выдохнул он.

Глаза у Грейнджер стали совсем несчастными:

— Хорошо, что же теперь делать-то?

— Так и быть, помогу, — снизошел Драко, — но только ради крестного. И запомни: ты мне будешь очень сильно должна.

Герми тяжко вздохнула, но спорить не стала.

2
Несколькими часами позже в той же библиотеке состоялся другой разговор.
— Привет, Поттер. Письмишко корябаешь? Ну-ну, давай. А хочешь я у тебя заместо Хедвиг поработаю, письмо адресату отнесу, а?

Гарри, вполголоса надиктовывающий что-то пергаменту, прищёлкнул пальцами, заставляя Самопишущее Перо — один из лучших подарков Гермионы — послушно замереть над поверхностью листа.

— Отвянь, Малфой, — рявкнул Поттер. — А если еще ты будешь что-нибудь против моих отношений с Севом говорить – я не ограничусь словами, я тебе в ухо заеду. Достали меня все уже. Д-доброжелатели…

— А, прекрати, — мило улыбнулся Драко, — буду я еще на своих родственников наговаривать. К тому же мы с Севом большие друзья.

— А разве вы друзья? Да еще родственники? – изумился Поттер.

— Северус — мой крестный. И, конечно, мы с ним друзья. Я его люблю больше всех на свете.
— Правда? – недоверчиво покосился гриффиндорец, прицокнув языком, и даже, подаваясь вперед, прищёлкнул пальцами. Малфой недовольно скосил глаза — жест был неприятно похож на то отточенное движение, которым несносный кошак-переросток ловил очередной снитч.

— А как же! Он изумительный человек! Чистейшая душа.

— Спасибо, Драко. А то его все ругают, все пытаются меня от него отвадить. Ладно, Рон. Но ведь и Гермиона о нем гадости говорит, а мне от этого совсем не весело.

— Поттер… Нет, Гарри. Извини, можно я тебя буду называть Гарри? Так вот, все гадости говорят о Северусе люди ограниченные или совсем без чувства юмора. А я его очень давно знаю, ни слова о нем плохого сказать не могу. Все, что о нем говорят – враки, поклепы, чистейшая клевета. Он отличный человек, просто отличный.

Тут послышался приглушенный вскрик и звук падающего тела. Это Гермиона, притаившаяся за шкафами, не выдержала изумления от подобного способа разлучить Гарри и Снейпа. Малфой, явно уловивший сие экспрессивное выражение эмоций, не повёл и ухом.

Благо, Поттер, занятый мыслями о предмете своего обожания, не обратил на этот шум внимания.

— Спасибо, Драко. Я не забуду твою поддержку в трудную минуту.

— Да ладно, что уж там… Меня просто бесит, когда говорят «Снейп деньгами швыряется, Снейп — картежник»! Это Северус-то деньгами швыряется? Да он когда покупает ингредиенты в аптеке, торгуется до тех пор, пока цену не собьет вдвое! Четыре раза делает вид, что из аптеки выходит и в другую собирается, где найдет компоненты подешевле! Хотел бы я так уметь! Да где мне, с Малфоевским воспитанием.

— Да не выдумывай, при мне он ни разу не торговался, а сколько раз мы за ингредиентами ходили…

— Ну, как можно, он же за тобой ухаживает. Это был бы дурной тон. А когда к нам в подземелья приходит после похода в аптеку с тобой – начинает головой о стенку биться, что целых семь сиклей аптекарю передал. Страшно смотреть, как страдает. Ну, он же мой крестный, я ж его так люблю и уважаю… Он просто прекрасный человек! Великолепный.

— Я не знал, что он настолько… экономный.

— Да ты что! Ты же всю его прелесть не разглядел! Когда он понял, что торговаться во время походов в аптеку с тобой не получится, он стал подсовывать Лонгботтому другие, более дешевые ингредиенты. Все равно Невилл каждое занятие котлы взрывает, а так сумасшедшая экономия получается! Под него одного можно за занятие целый рог единорога списать. От двух сиклей до десяти галеонов за занятие чистой прибыли получается. Честное слово, я ему просто завидую, такой рачительный.

— Но он мне иногда подарки делал… Книги…

— Эти, по зельеварению? А, помню, он говорил. У него их две одинаковых было, зачем ему две? Одну он в награду получил за конкурс зельеваров, а вторую ему Дамби на его профессиональный праздник – день зельевара — подарил.

— Да, но у него ведь деньги есть, он говорил, что унаследовал огромное состояние…Почему же он…

— Экономит? А ты думаешь, пока он за тобой не начал ухаживать, у него пассий не было, что ли?

— Он ПЛАТИЛ любовникам? Какой кошмар! Пакость какая!

— И ничего не пакость! Он еще не старый, влюбиться каждый может, правда? А ему как-то все жадные или стервозные попадаются. Ну чем Снейп не мужчина, скажи мне на милость?

— Угу, все вокруг жадные или стервозные, — пробурчал Поттер.

— Да так и есть. Ну скажи: чем Снейп им не мужчина? Нет же, все отворачиваются, да еще и высмеять норовят. Тот же Гойл говорит…

— Гойл умеет говорить? – удивился Поттер.

— Ну, иногда умеет, — слегка смутился Драко.

— И Снейп за ним ухаживал?

– Попытался. Так вот, Гойл сказал, что у Снейпа волосы жирные. Ну и что, что жирные, подумаешь? Зато душа у него тонкая, хрупкая, чистая… Или та же мадам Максим заявила, что ни за что не поцелует Снейпа, потому что он ей неприятен…

— Мадам МАКСИМ? – по лицу Поттера было видно, что он борется с дурнотой. По крайней мере, нечто вроде тика уже началось — левый уголок рта подозрительно подёргивался. Драко с сочувствием эстета покосился на это доказательство его успеха, несмотря на то, что красивые губы — хорош, обормот гриффиндорский, а что делать? — сжались тонкую, явно страдальческую нить.

— Ну, да, ты ее что, не помнишь? Так вот, я тогда еще спросил: а чем же он ей так противен? А она и говорит: «Да я как-то рядом сидела, а у него по воротнику насекомое ползет». А я ей говорю: «Да не выдумывайте, у него же мантии черные, как же вы насекомое углядеть могли? Да если бы и двадцать насекомых по черной мантии ползало, вы бы не увидели – цвет хороший, немаркий. А может, оно и вовсе с кого другого запрыгнуло?» А она мне: «У него еще и руки все в пятнах от зелий, и чернозем под ногтями – хоть морковку выращивай». Тоже мне, катастрофа. Вот упрошу Сева помыться – и все будет в порядке.

— Но я никогда не видел грязи у Снейпа под ногтями.

— Правильно. Это потому, что он ногти аккуратно обгрызает. Это так романтично! Все великие люди грызли ногти. И Слизерин, и Райвенкло, и магглский Гитлер. Я в справочнике читал.

За стеллажами в который раз послышался звук падения тела. Нервы Гермионы не могли выдержать такого жестокого испытания столько раз подряд. Благо, собеседники были настолько заняты предметом разговора, что на посторонние звуки внимания не обращали.

— Драко, это какой-то кошмар — то, что ты рассказываешь.

— Почему это? Снейп – яркая личность, он и в Упивающиеся пошел потому, что он – яркая личность, а его никто не замечает. Да я за Сева горло кому хошь порву. Такой милый, такая душа, такая светлая личность… И так, бедный, страдает…

— Снейп страдает?

— Конечно, страдает. Ему уже ведь не двадцать годиков. Ревматизм и остеохондроз в полном комплекте. Я ему сколько раз говорил: крестный, ну почему ты не вылечишься? Скоро ведь с палочкой ходить будешь такими темпами! А он мне и говорит: «А знаешь, сколько стоит чешуя ледяного дракона? Вот когда с палочкой ходить буду, тогда и стану лечиться». Чудесный, просто прекрасный человек.

Открылась дверь, и Рон, скривившись, выпалил:

— Профессор Снейп просил передать, что зайдет за тобой сегодня вечером.

— Скажи ему, что меня ближайшие пять лет не будет дома, — ответил Гарри.
За шкафом опять что-то упало.

— Поттер, ты рехнулся! – заорал Малфой, — зачем ты обижаешь такого прекрасного человека, такую нежную душу…

— Да отстань ты от меня со своим крестным. Задолбал уже. Не хочу его ни слышать ни видеть. А еще раз о нем заговоришь – в ухо получишь. Тоже мне, сводня!

— Зря ты так, Поттер, я ж как лучше хочу, — пожал плечами Драко и ушел.
Проходя в сторону Слизеринской гостиной, он все придумывал, чего же такого потребовать с Грейнджер.

Шедшая же в сторону Гриффиндорской башни Гермиона мысленно предвкушала завтрашнюю реакцию Снейпа на «самодеятельность» крестника и то-олстую книжку из личной библиотеки Блэков, обещанную ей Гарри. У Поттера всегда можно было найти… неожиданную сторону личности, несмотря даже на более чем десятилетнее знакомство. А эта «интрига»… Что ж, с подачи мальчишек и ей иногда хотелось побыть немножечко… непокорной.

Конец.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *