«Мне очень жаль…», Lady Astrel

Автор: Lady Astrel
Бета: Grim Papa
Дисклаймер: Чужого не надо, но и своего не отдам.
Саммари: Не стремитесь к бессмертию — ничего хорошего не получится… Может, и AU — зависит от читателя.
Тема на форуме

Он

Он смотрел на стены замка, возвышавшегося перед ним. На стройную башню – он готов был поклясться, что на её площадке, как и прежде, спит дракон. На левое крыло замка – там была удивительная по своей полноте библиотека, не было такого труда по любому разделу магии за последние 700 лет, экземпляр которого не обнаружился бы на полках. На сам замок, западная стена которого была, как и прежде, увита плющом. Здесь ничего не изменилось, а ведь прошло уже столько времени…


И память послушно вернула его на тридцать лет назад.

Студент старшего курса Хогвартса, он стоял перед замком, сжимая в руке рекомендательное письмо от профессора Диппета. Тот просил леди МакАлпин, владелицу замка, оказать ему любезность и позволить талантливому студенту Тому М. Риддлу поработать в библиотеке. Тому Риддлу… Нет, он вовсе не собирался носить имя своего маггловского папаши, бросившего его мать потому, что она была волшебницей. И имя матери его не устраивало – она предала его, умерев. Нет, он создаст себе другое имя, и его будут бояться произносить. Он будет велик! Глупец Диппет, он так ничего и не понял…

Тридцать лет назад…

Он нашёл здесь всё, что искал. С жадностью набрасывался на инкунабулы, торопливо разворачивал древние свитки и писал, писал, писал… Разбрызгивая чернила, пропуская буквы… И понимая, что до этого момента он не знал ничего о магии… Он приходил сюда ещё и ещё.

– Ты ищешь бессмертия, – он вздрогнул и поднял взгляд от пергамента. Он не слышал, как она вошла, и даже не мог предположить, сколько времени она провела в библиотеке, наблюдая за его работой. Но отрицать было глупо: она наверняка знала, какие книги он брал, и потому он кивнул.

– Зачем оно тебе? – тихо спросила она, и он успел заметить усмешку, скользнувшую по её губам.

– Затем, что смерть – это позор для волшебника. Мы мало живём, мы не успеваем ничего… – он говорил ещё что-то, но она прервала его.

– Нет, ты ищешь бессмертия только для себя, – равнодушно произнесла она. – А его можно обрести только умерев. Но этот путь не для тебя, ведь ты боишься смерти. – Он открыл было рот чтобы возразить ей и вдруг похолодел, встретившись с ней взглядом.

Её глаза были мертвы, в них была пустота. Ледяная пустота, равнодушная ко всему. Ему показалось, или за её спиной действительно на миг развернулись чёрные крылья Смерти? Она вдруг рассмеялась, глядя на него, и смех её был удивительно мелодичным и манящим и, вместе с тем, уничтожающим и беспощадным, а глаза по-прежнему были мертвы, и он вдруг испугался. Он, который считал, что это невозможно, – испугался… Дикий всепоглощающий ужас сковал его разум – и, задыхаясь, он выбежал из библиотеки.

Он бежал прочь от замка, и её смех летел за ним.

Тридцать лет…

Её смех преследовал его все эти годы. Он делал всё, чтобы заглушить его, и иногда ему это удавалось. Но после очередного эксперимента, когда он смотрел на результат, он снова слышал её смех.

Только недавно он осознал, что больше не слышит его. Он прошёл по тропе бессмертия дальше всех, в нём не осталось ничего от того юнца, что пришёл сюда.

Он больше не был человеком. Не это ли она имела в виду, когда говорила, что надо умереть, чтобы стать бессмертным?

Он пришёл, чтобы ещё раз взглянуть в её глаза и на этот раз выдержать взгляд.

И убить.

Потому что её смех унизил его.

И потому что она знала. Неизвестно откуда и как, но знала.

Он боялся смерти.

Она

Ветерок потрепал плющ, вившийся по стене замка, дёрнул занавески и влетел в комнату. Но страницы книги, покоившейся на подставке, были слишком тяжелы для столь лёгкого дуновения воздуха; они даже не дрогнули.

Она стояла у окна, и её взгляд рассеянно скользил по двору замка. Её замка, который был её домом со дня рождения и до смерти. И после смерти: главы клана не покидали родных стен, а обретали покой в склепе замковой часовни.

Ей было не суждено обрести покой, и смерть разделила её жизнь на «до» и «после».

До смерти… Незаконнорожденная дочь Николаса Фламеля и Гвенды МакАлпин… Студентка Рэйвенкло – иначе и быть не могло, ведь Ровена – её прапрабабка… Юная девушка, выданная замуж по воле деда, но обретшая счастье в этом браке…

Трёхлетней девочкой она в зеркальном отражении увидела, как отравили её мать – и не осознала этого. Потом та же рука добавила яд в её бокал…

Она не могла забыть вкус вина, забравшего её из мира живых. Холод каменного саркофага и жар последнего поцелуя Эдвина. Безмолвный крик, застывший на неподвижных губах… И вся жизнь, пронёсшаяся ураганом перед внутренним взором, прожитая, прочувствованная ещё раз, от первого крика до глотка отравленного вина… Почему она ожила? Возможно, потому, что до вина она выпила эликсир бессмертия. Если бы она знала, что ждёт её впереди, если бы могла, она бы выбрала смерть, но та оттолкнула её, а жизнь не приняла…

После смерти… Жизнь словно за мутным стеклом, блёклая и приглушённая. Ни чувств, ни эмоций, и даже поцелуи Эдвина не горячили кровь. Ничего вплоть до того поединка, когда в момент смерти противника на миг вдруг вернулось прежнее восприятие мира… Жизнь возвращалась к ней, когда кто-то умирал от её руки …

Но что-то вернуть нельзя. В её глазах была смерть, и, поймав этот взгляд, его уже никто не мог забыть.

Её взгляд… Зеркало в её спальне умерло, когда она попыталась взглянуть на себя. С тех пор она пользуется только маггловскими зеркалами и избегает прямого взгляда глаза в глаза.

А потом погиб Эдвин… Одиночество – это тоже плата за бессмертие…

Бессмертие – это проклятие… Она не поверила тогда Анубису, а ведь он был прав. Она грустно улыбнулась: ещё бы ему ошибаться, он просто знал, о чём говорил. Один из величайших магов древности, магглы почитали его как бога, а он по прошествии нескольких тысячелетий хотел одного: смерти… Она помогла ему упокоиться…

Но всегда находились те, кто искал бессмертия. Не понимая, что оно – не дар и что оно не для тех, кто боится смерти. Как звали того юнца, что пришёл лет двадцать, если не больше, назад с письмом от Диппета? Он тоже искал бессмертия, и она никогда не видела такого страха смерти. Она помнила то пьянящее веселье, которое ощутила, заставив его смотреть глаза в глаза. Его ужас был настолько велик, что воздух в библиотеке, казалось, сгустился, и его можно было пить. Она рассмеялась, будучи не в силах сдержаться, и он в панике выбежал из комнаты.

Он бежал, а она с улыбкой смотрела ему вслед, зная, что наступит день – и он вернётся. Она читала его как раскрытую книгу – сказывался опыт главы клана. Её смех оскорбил его, и он этого не забудет.

А ещё он не сможет простить ей того, что она видела его слабость.

Он вернётся, чтобы ещё раз взглянуть в её глаза и на этот раз выдержать взгляд.

И убить.

***
Глаза в глаза… Взгляд змеи и взгляд пустоты… Миг длиннее вечности и короче секунды…
– Авада Кедавра!

Но заклятие не достигло цели, встретившись с другим, и лучи осыпались на землю дождём искр, на миг скрыв волшебников друг от друга. Странный резкий свист – и одна из искр кольнула в горло … Оцепенение охватывало всё тело… Что? Почему так больно? Нет…

Тело медленно осело наземь. Опытная рука дёрнула кинжал наискосок из раны, перерезая горло, и кровь, чёрная от яда, толчком выплеснулась, заливая камни и сразу же застывая… До угасающего сознания донеслось:
– Мне очень жаль…

Бессмертие бывает разное. Душа, заключённая в нетленное тело, – это тоже бессмертие…

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *